Другой Саймон

Эшли ищет слово и запрещает себе его думать: не испуганный, не сломленный — «пустой». Потом Саймон падает ей на руки, называет это переутомлением и ровным голосом соглашается на план, которого она добивалась месяцами. Согласие ощущается «не как победа, а как тонкий сигнал тревоги»: она получила своё «да» от другого Саймона. Интуиция, которую в шестнадцатой главе она не смогла «подшить в папку», здесь работает безошибочно.

Это важно знать каждому, кто рядом с человеком после попытки: внезапное спокойствие, ровность, «мне всё равно» и готовность на всё — не признаки выздоровления. Часто это признаки отключения, а отключённый человек не защищён от себя (см. «Уже попрощались»). Обмороки, отказ от больницы, «ничего серьёзного», сказанное «как о погоде в стране, куда не собираются ехать», — повод настаивать на медицинской помощи, а не радоваться сотрудничеству. Эшли делает правильно: не спорит с голосом — и не отпускает локоть.