«Наши отношения»

Одно слово — и Эшли впервые видит настоящий масштаб беды. «Отношения» — так психика Саймона называет три года побоев, потому что это была единственная стабильная, интенсивная, взаимная (в его восприятии) связь его жизни. Назвать её травлей — значит признать, что близости не было вовсе. Для изголодавшейся психики это непереносимо.

Отсюда и ярость: Эшли не оскорбила его — она попыталась отнять смысл, на котором он держится. Спорить с такой картиной мира в лоб («очнись, это травля!») бесполезно: факты отскакивают от неё, как дождь от зонта, потому что картина выполняет работу — она удерживает человека от распада. Её нельзя выбить. Её можно только медленно заменить чем-то живым.