Живой только рядом с ним

Это самое честное предложение Джейкоба за всю главу — и произносит он его только телом. Пустота, которую не заполняют ни победы, ни восхищение, отступает ровно в одной ситуации: когда рядом Саймон. Контакт с ним — единственное, что Джейкоб по-настоящему чувствует.

Но единственный язык контакта, которым он владеет, — сила. Поэтому потребность в близости выходит наружу как насилие: он возвращается «снова и снова» не за болью Саймона, а за собственной живостью. Это не оправдание — это диагноз механизма: жестокость здесь подменяет собой всё, чему его не научили.