Принадлежал не системе

Читатель ждёт «да» — Саймон говорит «ошибка». Логика внутри безупречна и страшна: правда отдала бы Джейкоба комиссиям, бумагам, отчислению — то есть другим. Ложь оставляет его себе. Это не прощение и не страх: это акт владения, отрепетированный ночью шёпотом, как клятва.

Здесь окончательно видно, что «спасение» агрессора жертвой — не преданность, а травматическая привязанность, доведённая до логического конца: единственная фигура, на которой держится жизнь, не должна исчезнуть. Система предлагала справедливость. Саймону не нужна справедливость — ему нужен Джейкоб.